Пил с пяти лет рос в условиях полной изоляции от внешнего мира, которую его любящая, но психически нестабильная мать считала единственно правильной формой защиты от всех возможных опасностей. Мальчик не ходил в школу, не общался со сверстниками, не видел обычных городских улиц — вся его жизнь сводилась к совместному быту с матерью и выполнению её причудливых правил, которые не оставляли места...
